mikhail_berg (mikhail_berg) wrote,
mikhail_berg
mikhail_berg

В интернет-газете Kasparov.Ru вышла статья

В какое море гонит обломки льда советский календарь

Оригинал текста

Хочу поспорить с вдумчивым и симпатичным мне Игорем Яковенко. Осуждая попытку либеральной интеллигенции сделать из младшего Райкина что–то среднее между Александром Матросовым, Владимиром Буковским и приёмным отцом русской демократии, он сказал, что "либеральные ценности бывают только в пакете и если разорвать пакет, они все тут же посыпятся".
Звучит красиво. И кажется верным. Но не настолько, чтобы запретить себе об этом размышлять. Даже не будем попросить: огласите весь список, пожалуйста. То есть пакет. Весь до последней точки, чтобы можно было проверить уровень собственного либерализма. Увы, такого пакета нет или, что одно и то же, таких пакетов много, как много на свете видов либерализма.
Есть так называемый классический либерализм, неолиберализм, либертарианство, социал-демократический либерализм, христианский либерализм, исламский, правый, левый, шведский, американский. Даже, не побоюсь этого слова: русский. Он, кстати, может рифмоваться с любимой русской игрушкой - великодержавием, как у либерала Чубайса, быть резиновым и вполне себе удобным и зимой, и летом, как у Кудрина, быть с националистическим акцентом, как у Навального, потому что - вы удивитесь - есть и националистический либерализм тоже.
Короче, как только вы придумаете самое обязательное условие проверки истинности либерализма (скажем, уважение международного права, которое Яковенко справедливо не находит у Константина Райкина, а Айдер Муждабаев у Акунина), то тут же выяснится, что и толкований международного права никак не меньше, чем вообще толкований как таковых.
То есть либерализм, как бы помягче сказать, это - теория. У Фукуямы, который понаделал в России шума с объявлением окончательной победы либерализма четверть века назад, тоже есть своё представление о либерализме. Но он при этом считается/считался в Америке неоконом. Либералом, но с таким извилистым и странным маршрутом, что и республиканец испугается. Кстати, у республиканцев к международному праву большие претензии.
Но американские демократы - тоже либералы, и международное право уважают, но договориться правые и левые либералы не могут и ненавидят друг друга так, что как будто одни из них коммунисты, а другие фашисты. Но они не коммунисты и не фашисты, а либералы. И это ни о чем не говорит.
Хотя бы потому, что теория - в том числе либеральная, это такая словесная канва, внутри которой может умещаться самая разнообразная практика. Или практики. Причём практики, порой совершенно не совместимые между собой.
Я понимаю Игоря Яковенко, ему бы хотелось найти критерий, по которому можно было бы определить: наш это человек, или так, из Кремля прогуляться вышел. Увы, боюсь такого критерия нет.
Я не хочу сказать, что ценности, верность которым декларирует тот или деятель, не имеют значения. Имеют. И Путин нам всем это доказал. Сказал: может, мы с моим народом ошибаемся, но нам нравится старый советский гимн и будете, гниды либеральные, вставать под него как миленькие. И с тех пор свои обещания выполняет, и вся страна (да и не только страна) идёт в ту сторону, которая всего лишь на словах показалась правильной человеку-невеличке.
Слова, нами произносимые, очень важны. Ценности декларируемые - не менее, так как эта, повторим, канва для практик. Не всегда умещающихся в этой канве, но все равно ориентир.
Сам Яковенко, наблюдатель внимательный и кропотливый, на самом деле себя же и поправляет, когда после пакета (помните, рассказ Пантелеева "Пакет"?) говорит о репутации. А ведь репутация - это далеко не декларации, а как раз практика. Набор и последовательность поступков, которые каждый при желании может переоценить и перепроверить. Ведь тому же Чубайсу, Кудрину да и Путину ничего не мешает произнести любые слова (да и произносят порой): и про уважение к международного праву, и про рынок все сам исправит, и советский суд - самый гуманный суд в мире.
Но мы по декларациям судим больше тех, для кого декларация - профессия. Есть вполне приличные люди (и мы таких много раз встречали), которые не могут отчетливо артикулировать свои мысли, но при этом не только знают, как себя вести в обществе, но и ведут.
Чтобы окончательно запутать читателя, скажу, что и практика (читай, репутация) далеко не стопроцентная система установления правильности или неправильности поведения. Потому что вот до настоящего момента тот или иной деятель имеет безукоризненную в тех или иных кругах репутацию, а потом раз: и сошёл с круга. Подписал письмецо про Крымнаш, стал доверенным лицом президента-резидента, да мало ли оплошностей (причём вынужденных подчас) может совершить человек. И все, шанса нет; ему кажется, что это за давностью лет забудется или уйдёт в молоко истории: ни фига. Никуда не уйдёт, и ему об этой закорючке ещё напомнят: в России надо жить долго, чтобы заплатить по всем счетам.
Но скажу и обратное. Встречал я людей с испорченной репутацией, людей, которым не то, что руку, в морду трудно не дать (если, конечно, знать, что они совершили). Но не бывало ли у вас, что человек с репутацией, такой матёрый либералище, что зубы можно не чистить, - унылое равнодушное говно, а кагэбэшный стукач или райкомовский функционер - именно потому, что знает, какого у него цвета совесть (цвета перегноя), проявляет непрошеное благородство. Может, так, почти случайно, по настроению, а может, и замаливает грехи, которые ему не простят, но ему ведь и самому с собой жить.
Я это совсем не к тому, что не судите да не судимы будете. Или про камень-бумеранг. И тем более не о том, что все убеждения одинаковы, все они - риторика, декларация или пропаганда, как старый и лукавый плейбой Познер утверждает. Нет, не одинаковы, хотя реклама (самореклама), пропаганда (или упрощение в политических или экономических целях), желание сказать красиво (риторически убедительно) есть в любом утверждении (самоутверждении). Но речь всегда о процентах, пропорциях, о проверяемости слова делом, о репутации, как ключе к смыслу сказанного.
Слова, в конце концов, можно прочесть по бумажке. Или выучить наизусть как попугай.
Но одни и те же слова, произнесённые разными ораторами, это разные слова.
Спорить о словах стоит. Прощать поддержку тоталитаризма и авторитаризма лучше после отбытия наказания. Не из чувства мести, а из предосторожности, чтобы не ходить по бесконечному кругу, в котором евреи со своей пустыней и Моисеем - просто однодневная экскурсия. Обществу стоит научиться строгости, чтобы обществом стать.
У Игоря Яковенко нет страха перед тем, чего я боюсь. Я из тех, кто слова в простоте не скажет, и постоянно перестраховываюсь, соединяя смыслы в надежде: не сработает один, сработает второй. Представляю, как это кого-то раздражает.
Яковенко, напротив, говорит на самом востребованном и ценном языке, который редуцировать уже нельзя. И, скорее всего, правильно не боится упрощений, которые всех нас подстерегают из-за желания найти заповедную черту, отделяющую своего от чужого. Для общества, которое налево пойдёт и заблудится в трёх соснах, направо - и по пьяни обнимает березку, думая, что это Путин, простота - замена воровства. Но любая черта, как только она проведена, тут же становится или ложной, или мнимой. Спроси у Тютчева.
Subscribe

  • Гагарин - Белка и Стрелка

    Борхес утверждал, что самые простые вещи это те, что открываются в последнюю очередь. Полёт Гагарина к ним не относится. То, что это событие, по…

  • За что украинцы ненавидят русских

    Угрожающее скопление русских войск на украинской границе обострило чувства и выявило ряд неочевидных свойств. Понятно, почему угроза войной –…

  • Триединство волка, козы и капусты

    Александр Морозов – проницательный наблюдатель постсоветской действительности, иногда, возможно, от природного добродушия пишет вещи, кажущиеся…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments