March 31st, 2013

В Ежедневном журнале опубликована статья

Пелевин как Радзиховский

Последний роман Пелевина уже успели обругать, кто только мог. Скучным, что, скорее всего, справедливо, назвал его Дима Быков, несправедливо уточнив, что его мог написать Минаев, то есть записной кремлевский пропагандон. Не смог бы. Да и не осмелился бы. Отрицательные и разочаровывающие рецензии поместили и некоторые либеральные издания, типа «Коммерсанта», где роман опять же назвали скучным и затянутым. Это так. Но самое главное посетовали на идеологическое разночтение и обман ожиданий: Пелевин в романе ругает либеральную интеллигенцию, интерпретируя ее деятельность в России, как соучастие в чекистском режиме. А вот здесь имеет смысл разобраться подробнее.

Конечно, роман Пелевина отличается от его обычных вещей практически отсутствием какой-либо художественной изобретательности, сюжет тянется лениво, служебно, повторяя во многом уже известные пелевинские приемы и ходы. Однако по существу этот роман тяготеет к совершенно другому жанру, нежели предыдущие – это уже не столько мистический или буддистский пародийный наркотриллер, сколько вполне даже философский роман аля «Моя исповедь» Толстого или «Исповедь» Руссо. Естественно, с дурацким мистическим бредом пополам. Хотя на Толстого он похож больше, ибо автор «Бэтмана Аполло», как, впрочем, и «зеркало русской революции», однажды панически испугался смерти, и об этом накатал толстую штуку. Страх смерти выдает себя почти истерическими воплями о бессмысленности человеческой, тем более русской, жизни. И это я советую просто принять как данность: да, автору стало страшно, жизнь представляется ему сегодня совершенно бессмысленной, ходящей по кругу, как у Екклесиаста. От этой бессмысленности не помогают спастись ни слава, ни вера, ни творчество, ни социальная активность, это, так сказать, пелевинский пунктик. И это, нужно сказать, самая просторная тема в романе и, понятное дело, самая неинтересная, ибо глубоко вторичная.

Collapse )