February 27th, 2014

Мимикрия как способ обмана: после интервью "Голосу Америки" (не выговорился до конца)

Вопрос о нарушении прав человека в современной России мне кажется не вполне корректным. Это то же самое, что требовать прямохождения или изысканного кулинарного гуманизма у питона, цирковыми пачками глотающего кроликов и мышей, и только потому, что питон был снят в госателье на паспорт в шляпе и полосатом галстуке. То есть можно, конечно, относиться формализовано к этой проблеме, находя ее в куче у дверей среди других российских мелкокалиберных казусов. Но если говорить по существу, то поздне-путинская правоохранительная, правоприменительная, законодательная, судебная и прочие системы уже давно представляют собой побитую по углам мимикрию, искусное подражание другим государственным системам, от цивилизованных до архаически самостийных. А смысл этой мимикрии - скрыть (до поры, до времени) полный тотальный произвол (что в очередной раз проявила ситуация с задержаниями вокруг Замоскворецкого суда и потом около Манежной площади, когда люди выдергивались по принципу на кого бог – или прапорщик - укажет). Произвол – не означает красный террор, уже громко стучащийся к вам в пыльное окно, большевистский сталинизм, доморощенный нацизм или православную духовность с кровавыми топорами в обеих руках: ты почему, блядь, не полюбил Олимпиаду, как я ее люблю? Он, в зависимости от обстоятельств и желания конкретных людей во власти, может, как парадокс, соответствовать тому или иному закону, но может и не соответствовать ничему. Ничему – одному державному хотению. Но если в рамках этого хотения возникнет острая потребность террора, сталинизма, православного нацизма, а то и войны за берега отчизны дальней, то вряд ли найдутся какие-либо сдерживающие обстоятельства, кроме страха. Но страх страхом вышибаем. Пугать других, когда страшно до мокрых сатиновых трусов самому – патентованное средство.